Можно ли законно лишить наследства своих близких? Могут ли россияне, подобно западным эксцентричным богачам, завещать состояние домашним животным? Разбираемся вместе с экспертами

Завещание перестает быть табуированной темой в российском обществе и становится обычным инструментом управления имуществом и бизнесом. Меняют положение вещей в основном молодые и состоятельные люди.

Россияне средних лет чаще, чем поколение их родителей, задумываются, как распределить свое имущество между наследниками.

«Среди моего поколения (35 +) людей с завещаниями становится больше, чем среди более возрастного поколения, — делится наблюдением Анастасия Расторгуева, адвокат, кандидат юридических наук, руководитель фирмы по семейным и наследственным делам Arfemida. — Почему? Потому что у нас уже другие установки, мы понимаем, что завещание — это не про старость и смерть, это про ответственный подход к близким и своему делу. Ведь если нет завещания, то доли в абсолютно всем имуществе, от автомобиля до бизнеса, распределяются на всех наследников. И потом не заставить ни выкупить, ни продать. Только договариваться. А если наследники несовершеннолетние, то нужно будет еще и согласие органа опеки на распоряжение имуществом».

В Советском Союзе в юридических вопросах гражданин целиком полагался на государственные институты. Потребовались десятилетия, чтобы общество полноценно вступило в новый этап.

«Мы находимся на стадии преодоления некоего предубеждения, что говорить о смерти не принято, и наши клиенты все чаще осознают, что планирование данных вопросов — неотъемлемая часть обычной житейской осмотрительности, а не плохая примета. Полагаем, что это связано с повышением осведомленности об опциях наследственного планирования и, более того, возможностью, условно, тестирования стратегий управления капиталом при жизни наследодателя», — считает Екатерина Смоловая, партнер, руководитель налоговой практики CLS.

Последствия того, что россияне старшего поколения не любили писать завещания, весьма ощутимы: по данным федеральной нотариальной палаты, растет число случаев, когда государство получает выморочное имущество — то есть имущество граждан, не оставивших ни наследников, ни завещания. В 2023 году нотариусы выдали 6 тыс. свидетельств на такие наследства, что на 18% больше, чем в 2022 году, и на 61% больше, чем в 2021-м.

Наше имущество, накопления, бизнес – доли в обществах с ограниченной ответственностью, акции, собственность индивидуального предпринимателя – в парадигме семейных отношений, по умолчанию, активы общие. Если приобретены они в период брака и, если иное не предусмотрено брачным договором. Неважно, что изначально это был вклад в уставный капитал в размере 10 000 рублей, а сейчас у компании миллиардные обороты и над этим кратным ростом работал только один из супругов. Если же имущество общее, то делится оно либо при разводе, либо смерти. Как минимум, выделением супружеской доли, а дальше – наследование.

По статистике ВЦИОМ в 2024 году 8 из 10 браков в России заканчивались разводом[1]. И умирают, как известно, рано или поздно все. Получается, что «сердечные дела» (не только наши, но и наших партнеров по бизнесу), могут напрямую повлиять на компанию, доходы, да и в целом – жизнь самого руководителя и его окружения.

Именно поэтому в последние годы большее распространение получают такие институты как брачные договоры и завещания.

Рассмотрим подробнее каждый из них. Кому он нужен? Для чего? Что предусмотреть в соответствующих документах?

Брачный договор
По умолчанию то, что приобретается в семье считается общим. Исключение: если это что-то приобретено на добрачные средства, либо по безвозмездной сделке. Если имущество общее, то оно делится пополам. Но брачным договором, во-первых, можно предусмотреть, что не все нажитое будет попадать в категорию совместной собственности. Во-вторых, можно делить не пополам, не по долям, а пообъектно.

Важно: в данном документе мы ничего не предусматриваем детям. С заботой о них может быть составлено самостоятельное соглашение (алиментное).

То есть брачным договором регулируются имущественные отношения супругов в семейном союзе, а также в случае его расторжения.

Рассмотрим возможные негативные сценарии и уточним, как с помощью похода к соответствующему специалисту заранее можно уменьшить тяжесть непродуманных последствий.

Читать далее

Распоряжение общим имуществом, полученным в долевую собственность, без согласия другого владельца нарушает его права собственности, следует из постановления высшей судебной инстанции. Поводом стало дело из Архангельска, где брат оспорил действия сестры, сдавшей жилье без его разрешения

Верховный суд РФ постановил, что сдача комнаты в квартире, находящейся в долевой собственности, без согласия других владельцев нарушает их права.

Поводом стал спор между братом и сестрой из Архангельска. Они получили в наследство квартиру, жилье поделили. После того как сестра сдала комнату, которая была у нее в долевой собственности, брат подал в суд. В иске он указал, что родственница нарушила его право на неприкосновенность личной жизни и семейную тайну. Кроме того, по мнению истца, таким образом сестра пыталась заставить его выкупить долю по завышенной цене.

Суды трех инстанций отклонили иск, но Верховный суд встал на сторону мужчины и отправил дело на пересмотр. Тем более что норма, по сути, не является прецедентом и существует в Гражданском кодексе, в статье 247.

Владение и распоряжение долевой собственностью — разные вещи. И в случае сдачи комнаты в аренду речь как раз идет о распоряжении, когда необходимо спрашивать согласия всех владельцев квартиры, говорит адвокат, руководитель юридической фирмы по семейным и наследственным делам Arfemida Анастасия Расторгуева:

Анастасия Расторгуева
адвокат, руководитель юридической фирмы по семейным и наследственным делам Arfemida

«Пользоваться вы этой комнатой можете как хотите, если она выделена вам. Но это пользование. А аренда — это уже распоряжение, а распоряжаться собственники должны вместе. Поэтому здесь ВС взял на себя, наверное, миссию напомнить то, что написано в кодексе. Другое дело, что ваш вопрос касался возможного злоупотребления — и вот здесь их действительно множество. Потому что у нас, как мне кажется, не хватает нормы, которая способствует, условно говоря, понуждению прекращения этой долевой собственности. Потому что распоряжаться, как мы уже поняли, ей можно только совместно. Но при наследстве либо когда собственность делится между супругами бывает, что люди не могут договориться. Есть в некоторых зарубежных правопорядках норма: если супруги разводятся, делят имущество и не могут пользоваться им вместе — можно понудить продать, например, весь объект, деньги разделить. У нас нельзя. Этой нормы давно не хватает, потому что есть действительно огромное множество сособственников, кто сталкивается с тем, что, условно говоря, один там живет, а второй там и жить не может, и пользоваться не может, и выкупить долю не может, и продать — как бы она на сторону вроде как никому не нужна, а собственник ее не покупает».

При этом девочка останется жить в квартире, часть которой принадлежала должнику. Правда, есть нюанс: вторая половина жилья принадлежит городу

Точная сумма долгов, которые отец девочки успел накопить перед смертью, в материалах дела не называется, указано лишь, что она превышает стоимость половины квартиры, которая была у умершего в собственности. Вторая половина квартиры в собственности у матери девочки, там они все и проживали. После смерти мужа вдова отказалась от своей доли наследства и от доли дочери. Причем с согласия органов опеки. И половина квартиры перешла администрации города как выморочное имущество.

Однако в банке, которому мужчина тоже был должен, решили, что раз девочка продолжает жить в квартире, то от наследства она, получается, не отказалась. А раз имущество она получила, то должна получить и долги отца. С этим банк пошел в суд и выиграл.

Но Верховный суд отменил это решение и направил дело на пересмотр. Комментирует адвокат, кандидат юридических наук, руководитель юридической фирмы по семейным и наследственным делам Arfemida Анастасия Расторгуева:

Анастасия Расторгуева
адвокат, кандидат юридических наук, руководитель юридической фирмы по семейным и наследственным делам Arfemida
«Когда умирает родственник, наследодатель, мы можем решить, либо мы вступаем в наследство, либо мы не вступаем, то есть отказываемся. Если мы вообще ничего не делаем, мы в наследство не вступаем. Мы можем прийти к нотариусу и сказать: нам не надо, мы отказываемся. Если там долгов выше крыши, мы приходим и говорим: спасибо, но нет. Вероятно, так и поступила мама девочки, но, поскольку были кредиторы, они посчитали, что для них будет выгоднее признать, что раз она там проживала, значит, она фактически приняла наследство. Можно наследство принять юридически — придя к нотариусу, сказать: я наследник, напишите меня. А можно фактически — начинаем владеть вещами наследодателя, получается, что мы вроде как наследство принимаем. Здесь суд разобрался и сказал: подождите, она ведь и раньше в квартире проживала, квартира принадлежит еще и маме, поэтому здесь совсем не очевидно, что она наследство приняла за папу, она осталась там проживать, потому что квартира принадлежала маме. Можно было отказаться от наследства, но она оставалась проживать в квартире, потому что она изначально принадлежала не только наследодателю».

Люди, которые так утверждают, видимо, забывают, что брачный договор – это такая же сделка, подразумевающая обязательства и права сторон, как и любой другой договор. И, при его подписании, равно, как при подписании многих других гражданско-правовых сделок, необходимо соблюдать интересы обеих сторон. То есть, не ущемлять права одного из супругов, чтобы не ставить его в неблагоприятное положение. Например, если после двадцати лет брака, подписать договор, в котором все имущество оказывается в собственности одного супруга, то, конечно, можно ожидать иска об оспаривании такого договора.

Чтобы не допускать спора по разделу бизнеса и развестись без судебных разбирательств по поводу имущества, при подписании брачного договора, следует все примерно поровну распределить имущество. А, если люди до вступления в брак изначально договариваются о том, какой именно вид имущества будет в их раздельной собственности, то тут, например, претензии на бизнес бывшего супруга, попытки заполучить чужую долю в компании и многого другого, можно будет избежать.

Продуманный и адекватный по своему содержанию договор не будет признан недействительным, потому что стороны договорились обо всем «на берегу».

В России брачный договор чаще всего используется только когда супруги хотят развестись и, чтобы не делить имущество в суде, они подписывают его в качестве подтверждения отсутствия претензий по имущественным вопросам. Но иногда один из супругов, которому принадлежит бизнес или часть бизнеса, оказывается не готов к бракоразводному процессу и подставляет не только себя, но и других совладельцев компании. Ведь если нет брачного договора и у второго супруга нет желания его заключать, – все имущество, приобретенное в браке, в том числе доли в компании – общее, а, значит, при разделе на половину доли претендует второй супруг. Таким образом, у партнеров может появиться нежданный и нежелательный партнер – бывший супруг.

Но сегодня мы видим формирующийся тренд на то, что партнеры в бизнесе договариваются о подписании со своими супругами брачных договоров, с определением прав в отношении бизнеса. Никто не хочет разгребать последствия чужих семейных передряг. Когда в договоре сказано, что при разводе бывший муж или жена не имеют права претендовать на бизнес, то проблема решается как минимум наполовину.

Второй аспект подстраховки на случай раздела бизнеса при разводе – устав. К сожалению, большинство наших бизнесменов создают свои компании на основании устава «из интернета» – не продумывая возможные риски и «мины замедленного действия». Если в уставе организации еще не прописано, то следует туда добавить пункты о том, что передача доли компании бывшим супругам возможна только при обязательном согласии всех других участников общества. Это избавит бизнес от претензий на вхождение других лиц в состав владельцев. Также следует прописать, что при переходе половины доли разведенного учредителя в активы компании, он имеет право выкупить свою долю. Проще говоря, устав также должен защищать бизнес и его владельцев от потенциальных бракоразводных рисков

Источник

По семейному законодательству то, что нажито супругами в браке, делится пополам. Но так далеко не всегда происходит на практике. Например, участок муж купил до брака, а дом на нем построил уже вместе с женой. Или супруга продала свою квартиру и вложилась в общую недвижимость. В этих случаях суд отступает от правила "равенства долей". Потерять при разводе можно и часть личного имущества, например, полученного в наследство.

Только с начала года в суды поступил 3031 иск о разделе имущества между супругами. Большинство подобных споров рассмотрел Мосгорсуд (133 дела), чуть меньше дел оказалось в производстве инстанций Ставропольского края, Башкирии и Свердловской области (по данным системы для юристов Сaselook.ru на 17 сентября 2020 года). Разрешать имущественный вопрос экс-супругов приходилось апелляционным и кассационным инстанциям, проблемы на практике возникают, когда судам нужно отходить от общего правила "все пополам", а делить нажитое в браке в разных долях.

Со сложностями пары сталкиваются, если имущество они частично покупали не за счет общих средств, говорит Анна Артамонова, партнер АБ ЕМПП Например, вложили средства материнского капитала, такой спор возник у Ирины и Андрея Макаровых*. Супруга обратилась с иском к бывшему мужу, чтобы разделить квартиру, приобретенную в браке. Спорное жилье они купили в кредит, его часть погасили маткапиталом. Суд первой инстанции и апелляция решили, что нужно разделить всю квартиру, но Верховный суд напомнил, что в данном случае нужно определять доли за вычетом материнского капитала. Коллегия указала, что средства сертификата не подлежат разделу, так как не являются общим имуществом, а имеют целевое назначение (в силу п. 2 ст. 34 СК) (дело № 18-КГ19-57).

Позиция судов по этому вопросу сформирована, говорит Анастасия Расторгуева, старший партнер КА Барщевский и Партнеры. Детям по закону, должна выделить долю, соответственно при разводе и разделе имущества, супруги делят между собой уже не всю квартиру, а только ту ее часть, которая остается после вычета детской доли. Этому вопросу посвящен "Обзор судебной практики по делам, связанным с реализацией права на материнский (семейный) капитал" Не смотря на это, суды первых инстанций не всегда принимают «правильное» решение. Исправлять их приходится судам вышестоящих инстанций. Например, по делам № 2-2841/17 и № 2-3/2018

При разводе не делится и сам неиспользованный сертификат, уточняет Ирина Орешкина адвокат АБ Вертикаль . Остается он у того, на чье имя выписан. Как правило, матери ребенка.

Бывшим супругам проще разделить бизнес, если он в форме ООО. Тогда можно получить долю в компании или компенсацию ее реальной рыночной стоимости. Но человек может зарегистрироваться как ИП и вкладывать в предприятие семейные деньги. Как его разделить, решали две инстанции, которые согласились присудить супругу компенсацию за бизнес жены. Но этот подход незаконный, решил Верховный суд.

После 30 лет брака супруги Коробкины* делили совместно нажитое имущество: квартиру, дом, участок, гараж, акции, нежилое помещение и «аптечный бизнес ИП Коробкиной», который велся, как того требует закон, по лицензии. Иван Коробкин* претендовал на половину рыночной стоимости такого предприятия – 2,6 млн руб. Два суда включили бизнес в общий перечень и признали право бывшего супруга на 2,6 млн руб. компенсации. Они исходили из того, что супруги организовали аптечную торговлю, еще когда жили вместе и вкладывали в нее общие средства.

Иного мнения оказался Верховный суд, который возразил, что в гражданском праве нет такого объекта, как «бизнес». Это не имущество, а деятельность. Зато в числе объектов есть вещи, включая деньги и ценные бумаги, имущественные права и так далее (ст. 128 ГК). При этом в общее совместное имущество, согласно ст. 34 Семейного кодекса, попадает все, что ИП приобрел во время брака, а также доходы от предпринимательской деятельности, говорится в определении № 81-КГ19-2. А значит, именно это имущество и доходы подлежат разделу в споре Коробкиных. Таким образом, Верховный суд отменил решения нижестоящих инстанций в той части, где они признали «бизнес ИП» объектом раздела и присудили 2,6 млн руб. компенсации бывшему мужу. Дело отправилось на пересмотр в городской суд.

Возможно, Коробкин просил выплатить ему компенсацию по аналогии с разделом долей в ООО. Здесь два варианта: можно попросить разделить долю или выплатить компенсацию в ее счет. В первом случае супруг может стать участником, если устав не требует получать согласие на вход новых учредителей. Если такое согласие нужно и его нет, то остается право на компенсацию рыночной стоимости доли, делится управляющий партнер КА Барщевский и партнеры Анастасия Расторгуева. Поэтому в вопросе раздела долей она советует сначала прочитать устав ООО. Его изучит и суд. Кроме этого, суд выяснит, на кого оформлены доли, кто лично управлял компанией, какова реальная стоимость бизнеса и так далее, перечисляет партнер МКА Солдаткин, Зеленая и партнеры Ольга Зеленая.

Читать далее

МОСКВА, 24 апр - РАПСИ. Контент явного противоправного характера должен максимально быстро блокироваться, считает управляющий партнер коллегии адвокатов города Москвы "Барщевский и Партнеры" Анастасия Расторгуева и напоминает, что свободы без ограничений не бывает.

Председатель Комиссии ОП РФ по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций Александр Малькевич на X форуме безопасного интернета выступил с предложением предусмотреть в законе обязательство для социальных сетей моментально удалять противоправный контент, поскольку на переписку Роскомнадзора с некоторыми инстанциями уходит слишком много времени.

«Не бывает свободы без ограничений. Если контент носит явно противоправное содержание в виде призыва к совершению преступлений, представляется, что доступ к таким призывам должен быть заблокирован максимально быстро. Это никак не нарушает ничьих свобод и прав, поскольку речь идёт именно об «опасной» информации, угрожающей безопасности граждан», - сказала Расторгуева, добавив, что Роскомнадзору совместно с прокуратурой необходимо определить перечень или хотя бы критерии, по которым контент может признаваться противозаконным.

Источник

В наследство достался ветхий дом. Его не продать, а налог придётся платить. Можно ли отказаться от такого «богатого» наследства?

— Получив извещение о наследстве, его можно просто проигнорировать. Сам факт того, что вы не совершили никаких действий, чтобы его получить, означает отказ, — советует адвокат Анастасия Расторгуева. — И напротив: если вы, например, оплатите счёт за ЖКУ, это может означать, что вы приняли дом в наследство. Особенно внимательным нужно быть, если завещанное имущество обременено долгами, — например, к квартире прилагается долг по ипотеке, который наследнику придётся погасить. В этом случае лучше оформить отказ у нотариуса.

Когда предприниматели обсуждают партнёрство, они говорят о долях, дивидендах, выходе из бизнеса, тупиковых ситуациях и праве вето. О браке собственников почти никто и никогда не говорит. А зря. Ведь семейная ситуация партнера — это не только его личное дело.

Для бизнеса это вопрос денег, контроля, устойчивости конструкции и дальнейшего развития. Это один из самых недооценённых рисков частных активов.

Предприниматели тщательно проверяют контрагентов, но почти никогда не исследуют семейный контур собственного капитала. А именно семейные события собственников и их супругов способны влиять на бизнес через раздел имущества, наследование и, о чем почти никто и никогда не говорит — через выделение супружеской доли.

Ваш партнёр может:

И все это отразится на бизнесе, если заранее не предусмотреть защитных механизмов.

Почему чужой брак вообще может стать вашей проблемой.

На старте всё выглядит понятно: есть партнёры, доли и договорённости. Однако если доля вашего партнёра приобреталась в браке, либо компания создавалась в браке и не была заранее выведена из режима совместной собственности, она является общим имуществом супругов и попадает под раздел в случае развода партнёра либо смерти его супруга.

К общему имуществу супругов относятся:

К категории «имущество» относятся:

• недвижимость;
• транспорт;
• ценные бумаги;
• доли в бизнесе;
• дивиденды от таких долей в бизнесе.

Можно обобщить: все, что возмездно приобретается в период брака — охватывается широким понятием имущество.
Не важно, на кого оформлена недвижимость, на кого начислены дивиденды и так далее. Все активы этой категории являются общими. То есть на их половину вправе претендовать второй супруг, даже если он не работал, или работал, но не так много зарабатывал

Вопрос из практики. Да, 10 000 рублей уставного капитала общества с ограниченной ответственностью тоже считаются возмездным приобретением. Даже если супруг не принимал никакого участия в бизнесе, компания (доля в ней) все равно будет общим имуществом.

К личному имуществу относятся:

• то, что принадлежало супругу до брака;
• то, что получено им по безвозмездным сделкам (дарение, наследство, приватизация);
• можно доказать свои личные права на имущество или увеличить долю в совместно нажитом имуществе, если удастся подтвердить приобретения за счет личного капитала.

Вопрос из практики. В браке супруг продал добрачную квартиру за 10 млн.руб. и тут же купил новую за 15 млн.руб. В новой квартире 2/3 доли будет являться его личной собственностью, а 1/3 — совместной. По итогу, второму супругу будет принадлежать 1/6 недвижимости, а у первого — 5/6.

По умолчанию действует режим совместной собственности, если стороны не предусмотрели иное, заключив брачный договор.

Кейс из бизнеса. Если компания создается в период брака, то доказать какие‑то личные вложения вряд ли можно. По умолчанию и акции, и доли будут совместно нажитым имуществом супругов. А значит, при разводе данные активы делятся, а при смерти супруга — выделяется супружеская доля и включается в состав наследства.

Читать далее

Большинство предпринимателей вспоминают про устав в двух случаях: при регистрации компании и в момент конфликта.

В первом случае его часто скачивают из интернета, берут типовой, или просто не читают то, что приготовил юрист. Впоследствии с удивлением обнаруживают, что главный корпоративный документ либо ничего не защищает, либо защищает совсем не то, что нужно бизнесу.

На практике устав — это не формальность для налоговой и не приложение к документам на регистрацию. Это внутренние правила компании, которые заранее отвечают на неприятные вопросы: кто и на каких условиях может продать долю, можно ли выйти из общества, кого пустят в состав участников после смерти собственника, как считаются голоса и кто на самом деле контролирует принятие решений.

Именно поэтому хороший устав не украшает бизнес. Он спасает его в плохой день.

Рассказываем, какие пять типичных разделов документа собственники чаще всего оставляют шаблонными, а потом расплачиваются за это деньгами, долями, корпоративными конфликтами и даже полной потерей контроля управления.

Один из самых недооценённых разделов устава — правила о преимущественном праве покупки доли.

По умолчанию другие участники ООО имеют преимущественное право приобрести долю или часть доли, которую участник продаёт третьему лицу. Базовый срок для реализации этого права — 30 дней с даты получения оферты обществом, если более длительный период не установлен уставом.

Устав также может предусматривать преимущественное право покупки для самого общества, если участники им не воспользовались. Но по‑настоящему важный вопрос не в том, есть ли это право, а в том, как именно оно настроено

Сегодня уставом, как мощной конструкцией, можно управлять гораздо тоньше, чем раньше:

Из практики. Именно здесь собственники часто совершают ошибку: просто оставляют закон «как есть», хотя их реальная бизнес‑логика совсем другая.